Гонконгский Genius Loci

«Как человек я бессилен перед временем. Как режиссёр я могу творить с ним что угодно», – говорит Вонг Кар-Вай. Его фильмы – смесь европейского психоанализа и философской эстетики Азии, урбанистические фантазии, внутри которых – поэзия невыразимого. Дым, ночь и дождь, диалоги с самим собой. Визионеру Кар-Ваю нравятся полутона и детали, а его героям – случайные прикосновения. Он нашёл свои краски и свою тональность, и, кто бы ни попытался снимать «в стиле Вонга», на деле это, конечно же, невозможно. Десять фильмов гонконгского режиссёра – как фрагменты одной картины, экзистенциального трипа внутрь себя самого. Замедленный вязкий ритм и продлённое в вечность любовное переживание. Вы готовы отправиться в путешествие? Тогда следуйте за Кар-Ваем.  



«Пока не высохнут слёзы»

1988

Пока не высохнут слёзы.jpg

Свой первый фильм, «Пока не высохнут слёзы», Вонг Кар-Вай снял в двадцать девять. Его главный герой (Энди Лау), член триады, китайской мафии, разрывается между необходимостью без конца выручать в криминальных разборках непутёвого младшего брата (Джеки Чун) и любовью к девушке (Мэгги Чун), что вызывает в нём жажду «нормальной» жизни и внепреступно-семейного счастья. Вонгу в юности явно нравилось гангстерское кино (особенно «Злые улицы» Мартина Скорсезе), и в дебютной своей работе он от души наигрался в погони, драки и перестрелки. Но едва ли киносообщество обратило бы на Кар-Вая внимание, если бы этим всё и ограничилось. Криминальных картин, где так трудно сказать что-то свежее, Вонг больше снимать не будет, тем не менее, даже в рамках вот этой вот преступной драмы он умудрился продемонстрировать принципиально новый визуальный язык (то, что потом назовут «съёмкой в стиле Кар-Вая») и абсолютно особое отношение к миру чувств (об этом позднее). Фильм показали на Двухнедельнике режиссёров, независимой параллельной программе Каннского фестиваля, и о новичке из Гонконга заговорили более чем благосклонно. А мы очень советуем обратить здесь внимание на двух персонажей: совсем юная Мэгги Чун в главной роли – это та самая муза Кар-Вая, что спустя двенадцать лет загипнотизирует мир в «Любовном настроении», самой известной картине Вонга («Лучшая актриса Гонконга! А, может, и лучшая актриса вообще…», – ещё скажет о ней режиссёр), а Уильям Чан в эпизодическом образе доктора – бессменный художник и монтажёр всех (!) фильмов Кар-Вая, «главный по магии» в мире Вонга, и это единственный раз, когда он появляется на экране.



«Дикие дни»

1990

Дикие дни.jpg

В «Диких днях» Вонг Кар-Вай уже окончательно определился, что и как он хочет снимать. Сюжеты его картин нетрудно очертить двумя-тремя фразами, но режиссёр вполне может вдруг оборвать нить рассказа на полуслове, ему важней чувство, не фабула. Самая трудная из задач: попытаться ввести зрителя не столько в курс дела, сколько в само состояние, в атмосферу истории. Призрачный ночной Гонконг. Странный парень по имени Юдди (Лесли Чун), в которого влюблены сразу две очень разные девушки – такая дерзкая (Карина Лау) и такая хрупкая (Мэгги Чун). Он отвергает привязанности и обязательства, ему кажется, что он – как та птица из притчи, у которой нет ног, и она может сесть на землю лишь раз, когда умирает. «Я узнаю, кого любил больше всех, только в конце своей жизни», – говорит Юдди, а пока ему хочется лишь одного – отправиться на Филиппины и разыскать свою настоящую мать, что оставила его при рождении. Таков его смысл – вернуть целостность. И историю Юдди возможно прожить не только следуя за ним самим, но и выбрав в проводники, например, любую из двух его девушек, или же полицейского Тайда (Энди Лау), с которым хрупкая Су Ли-чжень как-то ночью на улице делится своей печалью (непременно запомните её имя: в фильмах «Любовное настроение» и «2046» эта девушка вам ещё встретится). «Дикие дни» – первый фильм, который для Вонга снял австралийский оператор Кристофер Дойл. Позже он снимет их ещё шесть, провозгласит себя «китайцем внутри», а их тандем «Кар-Вай-Дойл» начнут изучать в киношколах. Фотографичность, рапид мегаполиса и замедленность случайных касаний, яркие пятна сине-красно-зелёного цвета и неоновый свет, придающий всему вокруг наркотически-иллюзорный расфокус, – это всё Кристофер. «Основан на подлинной истории» – это такая ложь. «Основан на подлинном цвете» или «основан на странном сне» – вот чем жаждут быть фильмы», – говорит Дойл, и Кар-Вай с ним, несомненно, согласен.



«Прах времён»

1994

Прах времён.jpg

«Прах времён» – фильм, который сразу же после финальных титров хочется пересматривать. И на этот раз уже не пытаться следить за сюжетом, отпустить себя в этот омут, в это жёлто-коричнево-золотистое оцепенение. Единственный из всех фильмов Кар-Вая, «Прах времён» не привязан к поэтике Города, его действие происходит в пустыне прошлого и напоминает мираж, а герои кажутся затерявшимися в песках фантомами. Двуликая женщина-воин (Бриджит Лин), воплотившая в себе Инь и Ян, сестру/брата, мужскую и женскую оболочки единого целого. Фехтовальщик (Тони Люн Чу Вай), стремительно теряющий зрение и мечтающий успеть взглянуть на цветок персика у себя на родине. Девушка (Карина Лау), чьё имя – Персиковый Цветок. Боец (Тони Люн Ка-фай), что выпил вина, от которого исчезают воспоминания. И главный герой (Лесли Чун), что оставил Женщину (Мэгги Чун) и потерял её. Каждый день начинается предсказанием лунного календаря. Каждый кадр может стать откровением. То ли музыка, то ли танец, то ли сакральное действо. Если выстроить фильм нелинейно – можно зрителя сильно запутать, а можно ввести его в транс, и об этой методике знают трое – режиссёр, оператор, художник. Кар-Вай, Дойл и Чан. Удивительный киноопыт для тех, кто знаком с медитацией. И очень тонкая притча о том, кто решил всех отвергнуть, чтобы не быть отвергнутым, но не учёл свойства Памяти. Будут рассказывать, что «Прах времён» про боевые искусства – не верьте. Об этом Вонг снимет позже. Как и всегда, фильм Кар-Вая получил множество кинонаград в родных краях – Гонконге (Гонконгская кинопремия) и Тайване (премия «Золотая лошадь»), а Дойла как лучшего оператора отметили и в Европе: Кристофер получил приз Венецианского кинофестиваля.



«Чунгкингский экспресс»

 1994

Чунгкингский экспресс.jpg

«Прах времён» настолько истощил Вонга эмоционально, что ещё до его выхода на экраны он решил выдумать что-нибудь новое и принципиально иное: современное, лёгкое и стремительное. Так появился «Чунгкингский экспресс» – фильм, принесший Кар-Ваю славу трендсеттера, мастера мирового кино. Две гонконгских истории (ночная/дневная) движутся параллельно, два полицейских страдают от неразделённой любви. Поэзия мегаполиса – флуоресцентные улицы, азиатские забегаловки, попсовые песенки, очень много людей и тотальное одиночество каждого, кто находится в кадре. Полицейский под номером 223 (Такэси Канэсиро) исцеляет пробежками разбитое сердце, в свой день рождения съедает одну за другой тридцать банок просроченных ананасов (таков символ, разгадка внутри), идёт в бар и решает влюбиться там в первую встречную. Полицейский под номером 663 (Тони Люн Чу Вай) скучает по бросившей его стюардессе, говорит по душам с одеждой, игрушками и куском мыла, не замечая, что он очень нравится одной продавщице хот-догов (Фэй Вонг) и что в квартире, где кроме него никто не живёт, постоянно, однако, что-то меняется (квартиру, к слову, снимали в гонконгском пристанище Дойла). Неизвестно, домчался бы «Чунгкингский экспресс» до Европы и Штатов самостоятельно, но судьбу его определил Тарантино: говорят, смотря фильм, Квентин плакал от счастья, а досмотрев, немедленно организовал продвижение и прокат ленты Вонга в Америке. А ведь всё про всё заняло 23 дня! По ночам Кар-Вай сочинял и записывал сцену, а утром уже снимал. Может быть, в этом секрет? В быстроте, ручной камере и дыхании? Как бы то ни было, «Чунгкингский экспресс» неожиданно закрепил за Кар-Ваем статус «модного» режиссёра, Вонгу начали подражать.



«Падшие ангелы»

 1995

Падшие ангелы.jpg

Изначально Кар-Вай планировал включить в «Чунгкингский экспресс» три истории, но в итоге одна из них отделилась и стала частью следующей ленты, «Падшие ангелы». Отчего-то «Экспресс» обрёл большую популярность, хотя именно это его «продолжение» завораживает куда сильней. Гонконгский киллер (Леон Лай) работает в паре с агентом-девушкой (Мишель Райс), чья обязанность – уничтожать его следы. Они никогда не встречаются, но она знает, как пахнет его парфюм, садится в барах за «его» столики и любит себя на его постели, когда заходит прибраться в его отсутствие (если и есть в кино пример безупречной аутоэротики, то это он – кожаное платье агента, чулки, сигарета во рту, магнетическая Speak My Language by Laurie Anderson). «Деловые партнёры не должны давать волю чувствам». Киллер хочет уйти от дел, но ведь девушку надо предупредить? Бармен, передайте ей эту монетку, пожалуйста, номер монетки – код песни из музыкального автомата, она послушает и всё поймёт. Есть ещё параллельный герой, немой парнишка-торговец (Такэси Канэсиро, 223 из прошлой картины). В пять лет он съел банку ананасов (привет из «Диких дней») и с тех пор перестал разговаривать. С ним всегда происходит множество странных вещей: например, как-то раз он впервые влюбился, и его волосы от любви стали белыми. Потом его сердце разбили, и волосы опять потемнели. Непременное свойство героев Вонга – они беседуют сами с собой, объясняют себе свои чувства, будто пишут в дневник, и в эти моменты становятся зрителю самыми близкими и понятными. Одиночество по-карваевски, вольно или невольно, – совершенное переживание, абсолютное вдохновение. Прекраснее только те эфемерные встречи, внезапные «спутники», что так и останутся в полуреальности, в мире чувств, ускользающих навсегда. Как в финале, где соприкоснутся герои историй, прежде не связанных: «Я знаю, мы скоро расстанемся. Но в эту секунду я чувствую его тепло».


«Счастливы вместе»

 1997

Счастливы вместе

Итак, после «Чунгкингского экспресса» и «Падших ангелов» Вонг Кар-Вай стал вдруг «модным» и «актуальным», и ему это не понравилось. Любой фильм, снятый на ручную камеру и с большим количеством музыки, теперь называли «фильмом в стиле Кар-Вая», и Вонг с оператором Дойлом подумали, что теперь должны сделать что-то другое. На съёмки следующей ленты, «Счастливы вместе», режиссёра вдохновил «Роман в Буэнос-Айресе» аргентинского писателя Мануэля Пуига. И потом, Кар-Ваю хотелось снять кино в точке, максимально далёкой от дома, а Гонконг с Буэнос-Айресом как раз расположены на разных концах земного шара, друг напротив друга. «Счастливы вместе» – фильм о двух геях (Лесли Чун & Тони Люн Чу Вай), которые вместе, правда, совсем и не счастливы (англоязычное название Happy Together взялось из песни The Turtles, которая звучит в финале, в оригинале же фильм называется «Внезапные признаки весны»). Они приехали из Гонконга, чтобы своими глазами увидеть знаменитые аргентинские водопады Игуасу и в сотый раз «начать всё сначала», но бесконечные ссоры выматывают, боль от непонимания множится, и в финале до Игуасу доберётся уже только один. Интересно, что в этой «гей-драме» Вонг не делает никакого акцента на ориентации своих героев: да, фильм откроется одной откровенной сценой, но дальше деталь эта станет совсем и не важной – любовь умирает здесь так же, как и у других. Разве что эти двое терзают/теряют друг друга под музыку Фрэнка Заппы и танго Астора Пьяццоллы. По-новому строгий, то цветной, то чёрно-белый (всё дело в чувствах), фильм «Счастливы вместе» был номинирован на «Золотую пальмовую ветвь» Каннского кинофестиваля, а сам Вонг Кар-Вай получил там же приз за лучшую режиссуру. Прекрасный ответ тем, кто любит клише с ярлыками. Но лучшее ещё впереди.


«Любовное настроение»

 2000

Любовное настроение

«Снять кино – всё равно что пригласить зрителя на танец. Ты должен задать ритм», – говорит Вонг Кар-Вай, и этой его концепции полностью отвечает фильм «Любовное настроение», совершенный от первого до последнего кадра. Скрипки Сигэру Умэбваяси, стильный Гонконг 1962-го, времён детства Кар-Вая, эпизоды-рефрены, замедленность съёмки и калейдоскоп ярких платьев ципао на обворожительной Мэгги Чун (помните Су Ли-чжень из «Диких дней»? Это она, повзрослевшая). Почти всегда одинокие, сами себе предоставленные, Су и её сосед Чоу (Тони Люн Чу Вай) понимают: её муж и его жена – любовники, и, когда в очередной раз их супруги, по совпадению, уехали в командировки, Су и Чоу решили почувствовать: «как у них это всё началось?» Отрепетировать, проиграть встречу, сходить в ресторан: он закажет ей то, что любит его жена, она ему – то, что выбрал бы её муж. Попробовать произнести то, что, может быть, говорили они. Но с непременным условием: «мы не станем такими же». В фильме нет ни единого поцелуя, только лёгкое касание пальцев, но «Любовное настроение» – один из самых интимных и эротичных фильмов мирового кино. Любовь, не нашедшая сексуальной разрядки, воплощается в идеальное созерцание, становится принадлежностью той сферы чувств, что не растворяется временем. Тайный код памяти, сокровеннейший из секретов. Один из критиков сравнил «Любовное настроение» с «мгновением остановленным», «даосской задержкой эякуляции», и это, кажется, лучшее определение. Тони Люн Чу Вай, любимый актёр Кар-Вая, за роль Чоу выиграл приз на фестивале в Каннах, а Кристофер Дойл там же стал обладателем Технического гран-при. Европейская киноакадемия признала «Любовное настроение» лучшим неевропейским фильмом года.



«2046»

2004

2046

«Каждый мой фильм – эпизоды одной ленты, финала которой я не знаю. Я сознательно подбрасываю в каждую свою картину то, что соединяет её с предыдущей», – говорит Вонг Кар-Вай. «2046» – это номер отеля, в котором однажды встретились герои «Любовного настроения». 2046-й – это год, в котором все обретут утраченные воспоминания. Сквозь время туда мчится поезд, а обратно обычно никто уже не возвращается. Кроме героя романа под теми же цифрами, а роман пишет Чоу из прошлой картины (Тони Люн Чу Вай). Теперь он живёт в другом отеле, в номере 2047, а в соседнем 2046-ом ему встречаются те, кто становятся его персонажами. Запутанно? Едва ли сильней, чем сплетение фантазий и воспоминаний с реальностью. Су Ли-Чжень здесь уже не появляется (только в нескольких крошечных флэшбеках Чоу), но всё здесь ею пропитано: герой книги Чоу отправился в 2046-й в надежде, что там его ждёт та, кого он любил, но отыскать её он не смог. Сам Чоу ищет Су в каждой встреченной женщине, но не находит, «подмена в любви невозможна». И, тем не менее, каждая из «коллекции героинь» дорога ему, наблюдателю/автору. Вонг Кар-Вай не писал сценария к фильму. Он вообще не пишет сценариев, предлагая актёрам играть так, как чувствуют. «Я не знала, о чём кино, знала только, кого я играю. Каждый день Вонг давал нам пару листов, исписанных от руки, и говорил: ну, вот это тебе на сегодня. И прямо там, на площадке, я их читала. Нам не нужно было готовиться. Каждый день этой съёмки дышал свежестью!», – говорит Чжан Цзыи, воплотившая в ленте один из самых чувственных образов. Режиссёр называет «2046» «эпилогом любовной истории, которая уже закончилась». Он делал и переделывал его четыре года. Есть ощущение, что это его самый личный фильм. Его тайна, которую он поведал плёнке и навсегда оставил внутри. Как секрет, который раньше нашёптывали в дупло дерева. Чоу, герой Вонга, про это расскажет.


«Мои черничные ночи»

 2007

Мои черничные ночи

«Мои черничные ночи» – первый (и пока единственный) англоязычный фильм Вонга Кар-Вая. А начиналось всё так: Вонг услышал в такси по радио песню джазовой американской певицы Норы Джонс, влюбился в голос, и захотел снять его обладательницу в своём фильме. Режиссёр утверждает, что саму Нору он прежде не видел, а то, что Джонс в жизни в кино не играла, его не смутило. «Импульсом был её голос. И Нью-Йорк – такой оммаж американским писателям и режиссёрам, которые сильно на меня повлияли». Вонг придумал картину о девушке с разбитым сердцем, которая делится своей печалью с владельцем маленькой нью-йоркской кафешки (Джуд Лоу). У того за душой и своё неизжитое грустное чувство, а на прилавке – полная банка ключей/чужих историй, следы тех, кто так же решил отчего-то кого-то оставить. Кажется, эти двое вот-вот найдут счастье друг в друге и общей тональности, но «Мои черничные ночи» – кино о прощании. Чтобы открыть место новому – нужно вылечить сердце, ощутить себя новым, и девушка исчезает на год: путешествовать по Америке, наблюдать и писать открытки. Фильм очень понравился тем, кто до этого Кар-Вая не видел, и не очень – поклонникам его прошлых работ. Дело не в том, что кино плохое, просто слишком уж лёгкое после наркотически-личных, глубоких, пронзительных двух предыдущих. А если не сравнивать, «Мои черничные ночи» – уютный фильм, поэтичный, живой и свободный. Как американский джаз, что так часто звучит в саундтреке. В чувстве ритма, в любви к деталям Вонг и здесь себе не изменил.


«Великий мастер»

 2013

Великий мастер

После фильма «Мои черничные ночи» о Кар-Вае не было слышно почти шесть лет. Всё это время он готовил очень важную для себя и своей страны картину – фильм о кун-фу и «великом мастере» Ип Мане (1893 – 1972). За пределами Азии об Ип Мане знают разве что как об учителе Брюса Ли, в Китае же Ип Ман – национальный герой. И тут сразу же нужно сказать, что такое для китайца кун-фу: это не просто техника, искусство боя или способ самозащиты; кун-фу для практикующего – стержень и основа духа, это то, как устроено его сознание. Кар-Вай с актёрами и своей командой ездили по стране в поисках маленьких частных школ, где остались ещё мастера, что пытаются сохранить наследие прошлых лет; многие реплики фильма – это их философия, их цитаты. Тони Люн Чу Вай, которому предстояло сыграть Ип Мана, в 47 лет впервые взялся за кун-фу, и тренировался без малого четыре года, дважды ломая руку, но продолжая практиковать день за днём. То же делала и Чжан Цзыи – самой красивой актрисе Китая («обладающей каноническим духом Греты Гарбо», по словам режиссёра) была уготована роль полноправной наследницы стиля багуа и соперницы/возлюбленной Ип Мана. Технически фильм достоверен на сто процентов – все без исключения трюки актёры выполнили самостоятельно. И, что поражает, он снят на плёнку («кажется, на наш фильм ушла последняя плёнка Fuji в стране», – смеётся Вонг). Конечно, Кар-Вай не был бы самим собой, если бы фильм об Ип Мане был только лишь фильмом об искусстве боя. «Великий мастер» – это, как и всегда у Вонга, история о времени и любви, о чувствах, так и не высказанных. «Когда пион цветёт, он тянется вверх, а потом исчезает, не дав ответа». Вот как раз об этом Кар-Вай и снимает своё кино.


Анастасия Глушакова