«Бар “Эдди”»: Нам песня строить и жить помогает

Кадр из мини-сериала «Бар

«Бар “Эдди”» (или бар «Водоворот», бар «Вихрь» — подставьте любой подходящий по смыслу перевод) — мини-сериал, который давно ждали поклонники режиссёра Дэмьена Шазелла. Вместе с небезызвестным Джеком Торном (сценарист «Тёмных начал» от HBO и соавтор одиозной пьесы «Гарри Поттер и проклятое дитя»), обычным продюсером Аланом Полом и музыкальным продюсером Гленом Баллардом он рассказал маленькую мелодичную историю о не самых приметных людях.

В центре событий — когда-то известный джазмен Элиот (Андре Холланд, знакомый по «Касл-Року» и «Больнице Никербокер»). Его семейная жизнь не задалась: с женой повздорили и разошлись, с дочерью (Амандла Стенберг) никогда не были близки, а сын погиб. От этой травмы герой так и не оправился и на сцену больше не вернулся, предпочтя умчаться как можно дальше от Нью-Йорка, в другую джазовую столицу мира — Париж. Здесь вместе с давним другим Фаридом (Тахар Рахим) он открывает музыкальный клуб, в котором заменившая семью группа исполняет песни его сочинения. И несмотря на то, что сюжет стремительно завертится вокруг убийства и криминальных разборок, смысловой доминантой останется эта квазисемья — не по крови, но по духу. В первой серии зритель застаёт их не в самый простой период, и главной интригой окажется (не)наступление мира в этом странном сообществе.

Кадр из мини-сериала «Бар

Не сомневайтесь, у вас будет достаточно времени, чтобы узнать обо всех значимых персонажах. Создатели используют уже ставший классическим ТВ-приём: разделение истории на главы не по событиям, а по героям. Этому правилу последуют семь из восьми серий, а в широком смысле — и все восемь (последний эпизод озаглавлен названием бара). Так непреходящие проблемы убыточного клуба брюзжат назойливым шумом на заднем плане, пока на переднем разворачивается драма недолюбленной девочки-тинейджерки, брошенного контрабасиста-наркомана, переосмысляющей жизнь певицы (в этой роли великолепная Иоанна Кулиг из «Холодной войны»)... Все как один — талантливые и прилежные, но безнадёжно неудачливые и, как следствие, застрявшие на задворках города и жизни.

Париж «Бара “Эдди”» не сверкает подсветкой туристического центра и не смердит трущобами. Перед нами плохо освещённые осенние улицы спальников, районов окраинных и небогатых, но всё равно способных вызвать зависть обитателей петербургских человейников. Впрочем, зашкаливающий уровень преступности её поумерит. В этой бурлящей неоднородной среде как никогда органично звучит и бодрый свинг, и мелодичный соул.

Кадр из мини-сериала «Бар

Вступление (как раз примерно 2 серии, поставленные Шазеллом) не спешит ввести в курс дела, а наоборот постоянно отвлекается на музыкальные разговоры и непонятные разборки между героями. Создаётся ощущение, что «Бар “Эдди”» даже не пытается удержать зрительское внимание, а просто существует, как ему удобно. Возможно, это период адаптации к темпоритму сериала или трудности восприятия сменившего оптику Шазелла (в сравнении с цветастым «Ла-Ла Лэндом» и громогласной «Одержимостью»). В любом случае, в какой-то момент эмоциональный водоворот затягивает зрителя-чужестранца на окраины Парижа.

Город здесь почти полноправный участник событий. Он то и дело чинит препятствия барахтающимся из последних сил персонажам. Стоит только кому-то начать строить планы, они тут же рушатся. Поначалу Элиот пытается справиться со сложной ситуацией самостоятельно, но из-за стечения обстоятельств он оказывается зажат между преступной группировкой и не менее опасной и угрожающей следовательницей (Леони Симага, очень напоминающая повзрослевшую Зендею). Проходящего заместительную терапию Джуда (Дамьен Нуэва) ждёт внезапная и выбивающая из колеи встреча с прошлым. Амире (Лейла Бехти) приходится лавировать между ортодоксальными родственниками, шебутными друзьями мужа, напирающим с неприглядной правдой Элиотом, подозрительным братом и заодно не забывать об интересах детей.

Кадр из мини-сериала «Бар

Более того, сами герои постоянно друг другу мешают. Элиот строит планы за свою дочь, не спросив её намерений. Она в свою очередь вторгается в гостеприимные дома Майи и Амиры, внося коррективы уже в их быт, вынуждает Сима помогать деве в беде, а отца — отправиться в полицию. Майя соглашается на новую работу, несмотря на ситуацию в клубе. Катарина и Элиот обвиняют друг друга в смерти товарища: каждый из них косвенно повлиял на трагический исход, не посчитавшись ни с чьим мнением. Пока все они пытаются действовать и разговаривать, всё, абсолютно всё идёт не так. Единственным спасением остаётся музыка, главный герой «Бара ”Эдди”», время от времени вносящая гармонию в чудовищную межчеловеческую какофонию. Благодаря ей персонажи учатся совместному звучанию, а не лжи и крикам. Многослойный торопливый джаз здесь — панацея для переживания проблем любого сорта, будь то крушение надежд или смерть.

С историей клуба (и как бара с сотрудниками, и как сообщества) рифмуется одна из центральных сюжетных линий. Это проблемы отцовства, попытки Элиота стать достойным наставником для Джули (и во вторую очередь для бэнда). Собственно, именно эта линия определяет момент, на котором завершается мини-сериал. В конце «Бар “Эдди”» проворачивает тот же финт, что и «Настоящий детектив» в 3 сезоне. В обоих случаях полицейское расследование и дело в целом толком не завершаются, а подвисают в воздухе многозначительным умолчанием, потому что на передний план выходят человеческие взаимоотношения. В лучших традициях Чехова, выхватывающего из жизни куски без начала и конца, Шазелл и его команда пускают финальные титры на самом мелодраматичном эпизоде, на моменте всеобщего единения и примирения. Удивить это способно лишь самого невнимательного зрителя: подсказки были разбросаны по всем сериям (самая грандиозная — на музыкальных похоронах). Если вовремя их прочувствовать и проникнуться к джазовому клубу неудачников, то в финале остаётся только покинуть «Бар “Эдди”» с приятным щемящим чувством в груди и растроганно хлюпающим носом.


Фото: Atlantique Productions


Яна Крисюк