Назови меня «Девятаев»

Кадр из к/ф «Девятаев»

К майским праздникам в российском прокате появилась очередная военно-патриотическая драма. Тренд на танкистов остался в допандемийном прошлом, и в центре внимания большого российского продюсера (и режиссёра) Тимура Бекмамбетова — лётчик Михаил Девятаев. Герой Советского Союза известен своим побегом из немецкого концлагеря на угнанном бомбардировщике. Об этом, собственно, и рассказывает биографический фильм с Павлом Прилучным в заглавной роли.

Картина начинается и заканчивается в 57-ом году, когда все главные испытания для героя уже позади. Зрителю моментально дают понять, что эта история не для развлечения, и интриговать создатели никого не собираются. И хотя после короткого вступления действие моментально переносится в 1944-ый, именно в тех самых светлых и послевоенных кадрах вводится один из двух главных персонажей — некий Колька, Николай Ларин (Павел Чинарёв).

Кадр из к/ф «Девятаев»

Сюжетно Ларин — полная противоположность Девятаева. Один герой, второй коллаборационист, один принимает от фрицев сосиски, другой пихает их стукачу в рот (что? да!), один думает о родине со страхом, а второй — с тоской. При этом вводные данные, казалось бы, одинаковые: оба бравые советские граждане, оба прекрасные лётчики, оба оставили дома семью и ушли на фронт. Композиционное противостояние интуитивно понятно, ради него одного и был придуман этот самый Ларин. А вот этот факт принять уже намного сложнее: в биографическом фильме о вполне реальном человеке и реальном подвиге значительная часть отведена полностью вымышленному антагонисту. И такой любопытный ход мог бы наверняка ускользнуть от внимания многих, если бы не одно «но».

Взаимодействие вполне себе всамделишного Героя Советского Союза Михаила Девятаева и его вымышленного товарища Николая Ларина впечатляет, будоражит и удивляет даже видавших виды поклонников Долана и Гуаданьино. Нет никаких сомнений, что сорежиссёры Тимур Бекмамбетов и Сергей Трофимов рассчитывали показать пример крепкой мужской дружбы, но некоторые особенности их взаимодействия делают из военной драмы о лётчиках мелодраму о трагической мужской любви. Ромео и Ромео военного времени по-разному отнеслись к приказу №270 и стали один народным героем, а другой – предателем. По разные стороны баррикад они одинаково скучают друг по другу. Девятаев видит Ларина в тревожных снах, Ларин ощущает присутствие Девятаева, даже не замечая его.

Сильным чувствам — сильное их выражение. Вне себя от предательства герои готовы поочерёдно обрекать друг друга на смерть, причём каждый раз не импульсивно, а будто с каким-то мстительным смаком. Венчает их любовь-ненависть говорящая сама за себя сцена посадки одного самолёта на другой.

Кадр из к/ф «Девятаев»

Сложнее, чем упустить в «Девятаеве» квир-драму, только решить, помогает ли в итоге эта линия фильму или портит его. С одной стороны, как-то странно, пообещав снять байопик о герое войны, выдать фанфик по мотивам его жизни. С другой, без напряжённых переглядок Девятаева и Ларина, картина стала бы, кажется, совсем невыносимо серьёзной и просто невыносимой.

Найти в «Девятаеве» положительные стороны не так сложно. В конце концов, любая драма о Великой Отечественной может мотивировать зрителей узнать больше о непростом периоде в истории своей страны. Как там было на самом деле? Как достал те самые секретные документы лётчик? Как попали в плен остальные герои из сбежавшей группы? Что их всех, включая Девятаева, ждало по возвращении (об этом фильм тактично умалчивает — ну вернулись и вернулись, чего уж там)? Можно развлечь себя при просмотре разнообразием эмоциональных гримас Павла Прилучного, если не получается проникнуться серьёзностью происходящего. Можно подивиться иронии судьбы, по которой в российском прокате в апреле последовательно оказалось целых два военных фильма, построенных на изучении языка. Хотя страдания фильмового Девятаева больше напоминают не лингвистическую войну Жиля Кремье, а знаменитую сценку с римлянами и латынью из «Жития Брайана». Можно просто порадоваться, что неумышленно смещённые акценты не позволили «Девятаеву» стать милитаристской агиткой — это уже немало. Можно поддаться конспирологическим размышлениям о заговоре хитрых сценаристов и продюсеров, выпустивших в 2021 году в России под видом патриотического эпика ЛГБТ-драму. А можно просто в очередной раз восхититься силой кино, выходящего из-под контроля своих создателей. Иногда даже в безнадёжно засушливом грунте получается обнаружить достойные внимания цветы — естественно, проросшие случайно.


Фото: Базелевс Продакшн