«Хрусталь»: сомнамбулический поиск неведомого Чикаго

Кадр из к/ф «Хрусталь»

В российский прокат вышел белорусский фильм (что? да!) «Хрусталь», дебютная полнометражная работа минчанки Дарьи Жук. Это история о почти сомнамбулическом путешествии юной меломанки Вели (Алина Насибуллина) по столице и провинции Беларуси в середине 90-х. Люди вокруг адаптируются к новой реальности и зализывают раны от развала Союза. Главная же героиня свою жизнь здесь строить даже не пытается: она толком нигде не работает, очень натурально врёт, подворовывает у матери и зачем-то тусуется с эксцентричным наркоманом (Юрий Борисов). У Вели есть амбициозная мечта — уехать в Чикаго, на родину хауса, стать первоклассной диджейкой и ассимилироваться в обществе прав и свобод.

К реализации своего плана девушка приступает решительно, хотя и довольно легкомысленно. Новость о том, что в консульстве могут позвонить по указанному в анкете номеру работодателя, для неё оказалась действительно новостью. Тут бы этой истории и конец (номер она вписала практически наугад с фальшивой справки), но ради мечты Веля готова почти без денег рвануть в посёлок Хрустальный на поиски нужного абонента. Так мы вместе с героиней уезжаем из городских 90-х в деревенские, а попадаем в итоге в замкнутое пространство безвременья.

Кадр из к/ф «Хрусталь»

И в Минске, и в Хрустальном Веля хорошо заметна в своём гранатовом пальто, шляпе и большом шарфе, но это не очевидный контраст яркого пятна на монохромной поверхности. Эпоха 90-х получилась у Жук очень нетусклой и живой (а насколько реалистичной, не так уж важно). Дети не хотят смотреть обучающее кино и бузят, молодёжь при параде отрывается на рейвах, взрослые суетятся на рынке. Выбитые из колеи, отчаянно цепляющиеся за прошлое (культ победы) и настоящее (купите по себестоимости!) люди переживают крушение целого мира, а в постоянном движении и будничных заботах горожане успокаиваются, обретая своё место. Среди бурлящей суматохи то там, то сям проплывает Веля. С другими минчанами она сталкивается словно по касательной, совершенно не вникая в их дела. Каждый человек, с которым она заговаривает, нужен ей по делу: дайте справку, какие тут цифры, не купите ли пиджак… От всего остального она отгораживается наушниками с бесконечно играющей Move Your Body.

Кадр из к/ф «Хрусталь»

Так же естественно она вплывает на территорию белорусского (на самом деле просто постсоветского) посёлка. В Хрустальном жизнь, как ни странно, кипит ещё сильнее, а потому нездешняя героиня-«бездельница» выбивается из неё ещё больше. Впрочем, сама Веля и не пытается маскироваться — сыплет англицизмами и при каждом удобном случае грезит вслух о свободе и Америке. Окружающих она не раздражает, а скорее смешит, как диковинная зверушка. Глуховатая хозяйка злополучного телефона (Людмила Разумова) и вовсе называет её американкой. Она же дивится чудаковатости гостьи, не понимая, зачем та создала такие трудности и не указала свой номер (чем ставит Велю в ступор). Да что хозяйка! Даже заборы тут не признают Велю, хватаясь за её не по времени гигантский шарф.

Интерес к чужачке проявляет только недавно вернувшийся из армии Степан (Иван Мулин). Снисходительно выслушивая её затвержённые речи о музыке и воле (сбитые неловкой мимикрией под заботливую дочь), он рассказывает о местных порядках и собственной морали. Сам он привык к армейским законам, которые, по его же словам, тождественны тюремным. Сначала опускают тебя, потом ты. Не включившиеся в «игру» ломаются — об этом уже знает и сама Веля. Но живой пример доказывает, что и в такой закостенелой атмосфере можно гнуть свою линию и не «стать сукой». Наверное.

Кадр из к/ф «Хрусталь»

День идёт за днём, к свалившейся на голову Веле начинают привыкать, хотя молчаливая невеста Степана (Анастасия Гарви в роли этакой «фри») по-прежнему беснуется от ревности. В получение визы уже почти не верится, но время ещё остаётся. Остаётся и Веля — на свадьбу, окончательно уничтожающую все иллюзии. Слова о свободе выворачиваются наизнанку, выдуманный девушкой Чикаго разбивается вдребезги. Треклятые вазы, салатницы и этот ещё лебедь, мозолившие глаза ещё в Минске, тут совсем окружают Велю. Качественные, аккуратно выполненные (даже во Францию выкупают! за бешеные деньги), они издевательски поблёскивают своими толстенными стенками — а вот их и специально не разобьёшь.

Всё это так близко и знакомо: что-то растворилось в ностальгическом прошлом, а что-то до сих пор актуально. И вот мы едем и едем вдаль от Хрустального, а за окном мелькает чуть видоизменённая реальность. Там некоторые бегут, другие разрушают, а третьи строят, хоть иногда и кажется, что «здесь ничего не изменится». Но дальше оно, может, и получится. Вот же он уже, Чернобыльский шлях, вот вырвавшийся из лап посёлка юнец, а там, глядишь, и до хэппи энда доберёмся.

Фото: Демарш-фильм


Яна Крисюк