Кто вы, мистер Звягинцев?

Андрей Звягинцев

Андрей Звягинцев — режиссёр, стоящий особняком среди российских коллег. Он очевидно не вписывается в формат сложившейся киноиндустрии, в которой нашли себе место Никита Михалков, Фёдор Бондарчук, Алексей Учитель, Джаник Файзиев, Дмитрий Месхиев и другие. Фильмы Звягинцева гораздо более заинтересованно обсуждаются на Западе — режиссёр ещё и обладает несметным для российского кинематографиста количеством наград, привезённых из Канн, Венеции, Берлина… Картины Звягинцева, горячо любимые в Европе, проходят относительно тихо «дома». Сегодня, в 54-ый день рождения режиссёра хочется вспомнить его творческую историю и разобраться, действительно ли Звягинцев снимает «на экспорт», или его фильмы актуальны и интересны и для российского зрителя?

Выпускник актёрского факультета Андрей Звягинцев сразу после университета отвернулся от театра, далёкого тогда, по его мнению, от искусства и продавленного под интересы масс. В 90-е будущий триумфатор главных международных фестивалей промышлял созданием рекламных роликов — вплоть до 2000-ого года, когда выпал шанс снять несколько серий для киноальманаха «Чёрная комната». В трёх звягинцевских эпизодах сквозь несуразную актёрскую игру и топорные диалоги при желании можно усмотреть зачатки режиссёрского почерка. Дилетантский, но совершенно точно заслуживающий внимания детективный проект стал для молодого Звягинцева аперитивом, вызвавшим стойкое желание говорить на языке кино.

Спустя полгода продюсер Дмитрий Лесневский предложил начинающему постановщику создать полнометражный фильм, так закипела работа над «Возвращением». Затянувшийся пре- и пост-продакшн могли поставить крест на выходе дебютной картины, но Звягинцев упорно корпел над каждой мелочью. В тот самый момент, когда кинопритча удостоилась пятнадцатиминутных оваций в Венеции и собрала «мешок» наград, кинематограф получил того самого Андрея Звягинцева. На данный момент у режиссёра пять полнометражных фильмов, одиноких и самодостаточных, в которых принято бесконечно искать что-то общее.

Кадр из к/ф «Возвращение»

Было бы странно отрицать, что в каждой работе постановщика прослеживаются общие черты и закономерности — долгие планы, взаимодействие героев с пейзажами и интерьерами, концентрация на человеке и ограниченности его знаний и возможностей, постоянная недосказанность и неоправданные зрительские ожидания (о, этот пресловутый ящичек из «Возвращения»!)… При этом сюжетно, композиционно и идеологически все пять картин выглядят одинаково завершёнными — с разной степенью оптимизма. Любые подозрения о некой трилогии, якобы состоящей из «Елены», «Левиафана» и «Нелюбви», с досадой опровергаются режиссёром. Единственная причина, по которой творчество Звягинцева делят на «до “Елены”» и «начиная с “Елены”» — это отход от «повисшего» вне времени повествования к зарисовкам конкретного периода в конкретной стране. По иронии, именно приблизившегося к современной России Звягинцева её жители массово и отвергли.

С другой стороны, был ли режиссёр так уж далёк от наших реалий в «Возвращении» и «Изгнании»? Никогда не имевший собственного дома постановщик на удивление остро ощущает дух, проблемы и потребности эпохи. История о детях, никогда не знавших отца, вышла на экраны в 2003-ем и многих резанула напоминанием о тотальной безотцовщине — ещё в 1989-ом в «Заставе на Якорном поле» детский фантаст В. П. Крапивин писал: «Кто папа, спрашивать не принято. С папами в наши дни сложно». В 2007-ом Звягинцев вновь подверг институт семьи проверке на прочность, разделив понятия «брак» и «любовь», «близость». В центре понятийной неразберихи оказался герой, столкнувшийся с необходимостью решать, делать выбор. Отважиться на непростой шаг приходится и Елене из одноимённой картины 2011 года. Зато такой роскоши нет у Николая в «Левиафане», придавленного обстоятельствами — заведомо проигранной борьбой с неравным противником. В «Нелюбви» же этот выбор вынесен за рамки истории, он был сделан когда-то давно, а перед зрителем предстают его последствия — два измученных, оголённых эго, неспособных более сосуществовать и могущих лишь разрушать.

Кадр из к/ф «Елена»

Политический контекст, который, по сути, является главной причиной отторжения Звягинцева на родине (как «сверху», так и «снизу»), на поверку оказывается лишь фоном для социально-идеологических драм. Сюжет и конфликт в фильмах режиссёра образуют скорее констатирующие факты реалии: воинская обязанность, бюрократия, коррупция, «закон Димы Яковлева», ситуация на Украине. А вместе это всё дополняет жуткую картину равнодушия выдохшихся людей. «…Мы ведь живем и действуем не потому, что законы написаны», — заявляет в одной из бесед с журналистами режиссёр.

Как в интервью, так и в фильмах Звягинцев предпочитает молчание многословию. Он видит зрителя полноправным участником диалога, способного додумать и изъять из намёка заложенную истину и вдобавок свои собственные смыслы. Постановщик признаёт право публики завершить творческий акт восприятием, а потому он не любит прямо озвученных однозначных толкований. Так понимание и принятие его лент превращается в интимный процесс.

Кадр из к/ф «Нелюбовь»

По своему духу картины Звягинцева нарочито неуютные. Долгие отстранённые планы и такие же герои — бесконечно далёкие друг от друга. Всё происходящее видится в каком-то коматозе, а потому сложно назвать их созерцание приятным развлечением. Каждый его фильм задаёт зрителю неудобный вопрос, предлагает больную тему для размышления. Сам Звягинцев, отвечая на многочисленные вопросы многочисленным журналистам после успеха «Нелюбви», часто вспоминает слова одной из зрительниц: «Посмотрела, пришла домой, и захотелось обнять детей». Именно так режиссёр и видит правильное завершение творческого симбиоза постановщика и зрителя.

Если внимательно смотреть интервью со Звягинцевым, можно заметить, как у него уже практически дёргается глаз от вопросов о заимствовании и киноцитировании Тарковского — режиссёр без конца отмахивается от найденных и приписанных аллюзий. В своём отношении к искусству Звягинцев постулирует, кажется, очевидную вещь — люди не живут в вакууме. Мы общаемся с родными и посторонними, едим разнообразную пищу, смотрим умное кино, смотрим рекламу, обсуждаем чужую личную жизнь и последние законопроекты, мы хотим спать, хотим любить, хотим свободы и хотим безопасности. В разнообразном и многомерном мире искусство берёт на себя смелость запечатлеть отдельные его аспекты. А потому они могут быть близки или нет, а их отображение, скорее всего, напомнит вам о чём-то ином, каждому — о своём.

Фото: Filmz.ru, Woman.ru, AR Films, Рен Фильм, Why Not Productions


Яна Крисюк