Опусы рыжего священника

Вивальди — один из немногих средневековых композиторов, чьё творчество и сегодня знакомо представителям самых разных поколений и профессий. Фрагменты его сочинений стали рингтонами, едва появился первый монофонический мобильный телефон. «Весна» из цикла «Времена года», пожалуй, один из самых узнаваемых жителями нынешнего столетия фрагментов из наследия маэстро, продолжает звучать в рекламных роликах, на телевидении и в кино. Неоднократно к творениям композитора обращались и мэтры кинематографа. Как же они интерпретировали шедевры виртуоза из Венеции? Какие творения Вивальди становились частью чужой киновселенной чаще прочих?

О плодовитости венецианского священнослужителя слагали легенды: наследие композитора насчитывает более 500 концертов, 46 опер, 90 сонат. Желающим включить музыку Вивальди в саундтрек своей картины несомненно всегда есть из чего выбрать.

Непобедимый лидер по количеству упоминаний в титрах – четырёхчастный цикл композитора «Времена года», законченный им в 1723 году. В своё время этот полиптих наделал немало шума, став одним из первых программных сочинений − прежде слушателям инструментального произведения редко сообщали о контексте, который рекомендуется подразумевать при прослушивании: каждой же части цикла «Времена года» соответствует сонет.

msdprwo-ec027-90341011-1.jpg

Попросите кого-то припомнить саундтрек из ставшего культовым фильма Гэрри Маршалла «Красотка» (1990) и скорее всего вы услышите об эпонимическом хите Роя Орбисона. Едва ли кто-то вспомнит о Вивальди, а меж тем, «Красотка» − один из немногих фильмов, где звучат фрагменты аж из трёх частей «Времён года» (в картине не звучит ни ноты из части «Лето» (rv 315). Пассажи из «Весны» (rv 269), «Осени» (rv 293) и «Зимы» (rv 297) звучат в сцене делового обеда Эдварда с владельцем компании, которую он намерен купить  − сцены первого выхода Вивиан в свет в образе светской леди со своим Пигмалионом. Трудно сказать, какое место режиссёр отвел здесь этому незабвенному шедевру – символа ли консерватизма и педантичности, которыми отмечены будни Эдварда и ему равных, или же причастия вчерашней девушки по вызову к новой лучшей жизни. Фрагменты из «Зимы» звучат ещё в одном фильме Гэрри Маршалла – мелодраме «Другая сестра» (1999). Узнаваемые пассажи звучат в эпизодах хитовых сериалов «Карточный домик», «Секс в большом городе» и многих других. Согласно данным сайта IMDB, фрагменты опуса звучат по крайней мере в ста теле- и кинофильмах.

p1a507cm9ct5o17c5stg7m1jc73.jpg

Первые звуки музыки в картине Франсуа Трюффо «Дикий Маугли» (1970) на девятой минуте фильма это ларго — вторая элегическая часть концерта Антонио Вивальди для флейты-пикколо (rv 443). Эта музыка звучит в сцене, где парижский учёный узнаёт из газеты о существовании главного героя фильма – диком мальчике, обнаруженном в лесу у Айверона. Полная печали флейтовая мелодия из второй части концерта вновь появляется в сцене, где дикаря пытаются умыть — здесь зритель впервые видит его лицо. Напуганный и грязный, мальчишка сидит в углу камеры, где его держат по распоряжению муниципалитета Айверона: один среди чужих, будто деревянная флейта-пикколо, солирующая среди оркестровых инструментов в этом концерте Вивальди. Минорная тема флейты-пикколо из второй части концерта До мажор красной нитью проходит через всю картину и сопровождает ключевые сцены фильма: мальчик пьёт воду у окна, любуясь дорогими сердцу полями и лесами, после выговора учителя с успехом справляется с уроком, впервые в жизни плачет, посреди ночи выходит на улицу полюбоваться луной, впервые демонстрирует радость от чужого ласкового прикосновения, возвращается в дом профессора после побега... В сценах «Дикого Маугли», мажорных по настроению, неизменно звучит аллегро из другого произведения Вивальди — концерта для мандолины и клавесина. До мажор (rv 425) — ещё одно сочинение венецианского виртуоза, которое чаще других его произведений становилось частью саундтрека.

Brody-While-Were-Young-1200.jpg

Аллегро из этого концерта также фигурирует в драме Ноа Баумбака «Пока мы молоды», фильма-рекордсмена по количеству звучащих в нём сочинений маэстро: в картине можно услышать фрагменты из восьми концертов и одной сонаты Вивальди. Игривое аллегро из концерта для мандолины  здесь звучит неоднократно: впервые − в сцене, где главная героиня, бездетная леди за сорок, объявляет своим приятельницам (молодым мамам) о том, что не заводит ребёнка сознательно, а позже — в сцене на барахолке, где она же наряжается в немыслимые наряды со своей новой юной подругой. Безусловно, меланхоличному анданте из концерта для флейты-пикколо До мажор, лейтмотива ранее упомянутого фильма Франсуа Трюффо «Дикий маугли», здесь отведена роль друга по несчастью главного героя. Эта музыка звучит в «Пока мы молоды» в сцене, где главный герой пытается справиться с фрустрацией и завистью на премьере документального фильма своего протеже. Столкнувшись накануне этой премьеры с равнодушием и критикой в адрес собственного фильма, работа над которым заняла у него 10 лет, протагонист не может с лёгкостью принять успех своего юного ученика.

The-Talented-Mr-Ripley-Matt-Damon-Suit.jpg

«Stabat Mater» (rv 621) звучит в триллере «Талантливый мистер Рипли» (1999) неоднократно. Впервые мы слышим эту музыку в исполнении главного героя: сыгранная на фортепиано безо всякого сопровождения, эта литургическая песнь не теряет своей трагической силы и в такой минималистичной аранжировке. Герой Мэтта Дэймона играет минорные аккорды, рассуждая о способах мириться с собственным прошлым, со скелетами, которые вдали от чужих глаз покоятся в шкафах. В то время как собеседник героя Дэймона не ведает о том, что на пальцах, которыми он прикасается к клавишам, кровь хорошо знакомых ему людей, Мэтт в образе талантливого Томаса Рипли продолжает исполнять «Stabat Mater» Вивальди, будто это Дебюсси, а не литургия. «Теперь уж музыка говорит», — произносит приятель Тома, Питер, сочувственно опуская руки ему на плечи. «Трудно поддаться унынию, играя ‘Knees up, Mother  Brown!’»,— продолжает Питер, начиная динамично наигрывать задорные аккорды этой композиции. Режиссёр «Талантливого мистера Рипли» Энтони Мингелла отвёл произведению Вивальди в своём фильме особенную роль — честь стать фоном, на котором разворачивается долгожданный финал. Когда Томас, кажется, вот-вот расскажет Питеру всю правду, опус начинает звучать уже в оркестровом исполнении, таким, каким его и задумал Антонио Вивальди. В этой сцене главный герой оказывается зрителем на концерте в стенах католического собора: «Stabat Mater» исполняется камерным коллективом вместе с солистом. Его вчерашний собеседник Питер стоит за дирижёрским пультом, а ломающийся голос вокалиста продолжает петь старинный латинский текст:

«Стояла Мать скорбящая
Возле креста, исполненная слёз,
Где распят Сын»

Глядя на Питера, Том улыбается. Музыка в этой сцене — полноправный, если не ведущий актёр. Она держит зрителя в напряжённом ожидании: преступник явился в храм и слышит песню о женщине, скорбящей по своему погибшему сыну. Раскается ли он под испытующими взорами святых с фресок?

rhapsody-in-august.jpg

Аранжированная Вивальди в Фа миноре древняя секвенция о страданиях Богородицы также является частью саундтрека «Августовской распсодии» (1991), драмы Акиры Куросавы с Ричардом Гиром. Куросава использовал «Stabat Mater» в сценах, где четверо подростков-японцев совершают обход  памятных мест, связанных с атомной бомбардировкой Нагасаки. Во время посещения  мемориала у школы, где погиб их дедушка-учитель, звучит вторая строфа сочинения: 

«Чью душу стенающую,
Сочувствующую и страдающую,
Пронзил меч»

«Сестра, знаешь, хоть дедушку и не нашли, он где-то здесь. Мне так кажется»,— говорит младший из детей под звуки этой музыки. Первая строфа секвенции: «Стояла Мать скорбящая возле креста, исполненная слёз, где распят Сын» звучит позже, в сцене у католического храма Ураками. Медленная и трагическая мелодия первого куплета в исполнении английского контратенора Джеймса Баумэна сопровождает детей в их прогулке по мемориалу, расположенному на месте эпицентра взрыва. На фоне ясного голубого неба режиссёр демонстрирует зрителю памятники-подарки, присланные в Японию со всех уголков мира в знак скорби и поддержки. Кроме того, Куросава отвёл сочинению почётное место в финальных титрах «Августовской рапсодии». Случайность ли то, что режиссёр включил в  свой фильм «Stabat Mater» Вивальди (перу венецианца принадлежит одно из первых сочинений на эти стихи), а не Перголези, Гайдна, Шуберта или Верди? Можно предположить, что мэтр был хорошо знаком с творчеством композитора: в картине Куросавы «Ещё нет» (1993) вновь звучит музыка Вивальди — девятый концерт Ре мажор (rv 230) из знаменитого «Опуса 3», цикла из двенадцати концертов для скрипки.

Тот факт, что музыка, написанная четыре столетия назад, продолжает волновать жителей XXI века и легко срастается с современными произведениями искусства, может свидетельствовать не только об исключительных способностях её создателя, но и о существовании вечных тем, близких сверстникам, как Антонио Вивальди, так и Леди Гаги.

Анелия Автандилова