Как менялся образ вампира в кинематографе

Вампиры, являясь одними из самых распространенных персонажей фольклоров по всему миру, до киноэкрана добрались только в 1922 году – с фильмом Фридриха Вильгельма Мурнау «Носферату. Симфония ужаса». На самом деле, первая попытка была предпринята гораздо раньше – в 1896 году Жоржем Мельесом – его короткометражный «Замок дьявола» считается первым в истории фильмом ужасов. Он открывается сценой влетающей в замок летучей мыши, позже превращающейся в Мефистофеля. А летучая мышь, как гласят мифы и легенды, это облик, который зачастую принимает вампир. Трехминутный фильм Мельеса в первую очередь был попыткой использовать различные спецэффекты для создания фантастических явлений и образов: Мефистофеля, призраков, скелетов.

Главным литературным вампиром того времени был кровожадный Дракула Брэма Стокера, и вполне очевидно, что именно он первым перенесся из книги в кино. Именно «Дракулу» хотел экранизировать немецкий режиссер Фридрих Мурнау, однако вдова писателя Флоренс Стокер не дала разрешения на использование романа. Поэтому в немом «Носферату. Симфония ужаса» Дракула превратился в графа Орлока, а молодой смышленый юрист из Лондона Джонатан Харкер стал агентом по недвижимости Томасом Хаттером, место действия было перенесено в Германию, сюжет же претерпел незначительные изменения, существенно был переписан лишь финал. Несмотря на это, после выхода картины на экран Флоренс Стокер подала на выпустившую его киностудию в суд и добилась уничтожения всех копий картины, кинокомпания обанкротилась, и таким образом «Носферату» стала их единственной выпущенной картиной.


Именно в «Носферату. Симфония ужаса» впервые был использован такой сюжетный ход, как боязнь вампиром солнечного света – оригинальный граф Дракула солнца вовсе не боялся, мало того, вполне позволял себе дневные прогулки по Лондону.


В 1878 году вышел ремейк фильма – картина Вернера Херцога «Носферату — призрак ночи», в которой персонажам были возвращены оригинальные имена. А в 2002 году свет увидела постмодернистская лента Эдмунда Элиаса Мериджа «Тень вампира», предлагающая свое видение съемочного процесса «Носферату. Симфония ужаса»: роль режиссера Фридриха Мурнау в фильме исполнил Джон Малкович, а в образе графа-вампира, вживающегося в роль по методу Станиславского, предстал Уиллем Дефо. Впоследствии граф Дракула появится на экране не раз и не два, его сыграют такие талантливые актеры, как блистательный Бела Лугоши (исполнявший роль графа-вампира и в кино и на Бродвее); выдержанный аристократ Питер Фонда; неловкий, но обаятельный Дракула – Лесли Нильсен; манерный граф Гари Олдман; киностудия Hammer учредит целую серию фильмов ужасов, посвященных Дракуле, с Кристофером Ли в главной роли. Но именно Максу Шреку принадлежит первый, и один из самых запоминающихся, образ вампира в истории кинематографа. По словам современников, создать столь жуткого, пугающего персонажа актеру помог не только сложный грим – для усиления эффекта во время съемок Шрек старался не моргать.

Именно в «Носферату. Симфония ужаса» впервые был использован такой сюжетный ход, как боязнь вампиром солнечного света (оригинальный граф Дракула солнца вовсе не боялся, мало того, вполне позволял себе дневные прогулки по Лондону). Впоследствии этот мотив был растиражирован, и боязнь дневного света стала обязательным атрибутом вампирского образа жизни, наряду с боязнью чеснока, серебра, а также пугающей внешностью и кровожадными намерениями. Именно таким – несущим страх и ужас – представлялся вампир зрителям на протяжении десятилетий, и только в 1994 году с выходом фильма Нила Джордана «Интервью с вампиром» ситуация изменилась.

"Интервью с вампиром", 1994

Кажется, что впоследствии столь прекрасными и изящными не смог показать вампиров ни один режиссер. В фильме, основанном на серии романов Энн Райс, вампиры предстают тонкими интеллигентами с идеальным манерами и чувством вкуса. Главный герой фильма – новообращенный вампир Луи – долгое время питается кровью животных, пытаясь сохранить в себе человеческие черты и не переступить барьер убийства. Вслед за Энн Райс, Джордан наделяет героев несвойственными прежде вампирам чертами: чрезмерной эмоциональностью, чувственностью, впечатлительностью. Его вампиры не выглядят пугающе и зловеще, в первую очередь, они элегантны и изысканы. Хоть и по-прежнему предпочитают отдыхать в гробах, они, как и простые смертные, играют в театре, поют на сцене или даже дают интервью на радиостанции. Воспетая Нилом Джорданом вампирская эстетика надолго вскружила голову впечатлительным зрителям, а исполнителей главных ролей Тома Круза, Брэда Питта и Кирстен Данст превратила в кумиров миллионов.

А через некоторое время вышел культовый фильм Роберта Родригеса, написанный Квентином Тарантино, – триллер «От заката до рассвета». Который после эзотерической красоты «Интервью с вампиром» для зрителей шоком. Сюжет картины разворачивается вокруг двух братьев-преступников, которые, оставляя за собой кровавый след, бегут в Мексику для того, чтобы на границе очутиться в вампирском аду. Незамысловатый сюжет, но взрывное абсурдное содержание, фантастический саундтрек Tito & Tarantula и фирменные диалоги Тарантино сделали «От заката до рассвета» таким эксцентрично обаятельным.

– Это что, были какие-то психи?

– Они что, были похожи на психов?! Похожи на психов, да?! Это были вампиры! Психи не взрываются на солнечном свету, даже если они совершенно ненормальные!

"От заката до рассвета", 1996

Жуткими полуголыми психами со страшными деформированными лицами вампиры оставались в сознании кинозрителя еще долго – в 1998 году вышло продолжение фильма – картина «От заката до рассвета 2: Кровавые деньги из Техаса», а еще спустя год триквел «От заката до рассвета 3: Дочь палача».

Выход «От заката до рассвета» пришелся на эру кассет VHS и стал хитом отечественных видеопрокатов. Своих же знаменитых киновампиров в России не было долго. Первым фильмом, широко растиражировавшим тему вампиризма, стал «Ночной Дозор» Тимура Бекмамбетова. Основанный на первом из цикла романов российского фантаста Сергея Лукьяненко, ставший первым российским блокбастером «Ночной дозор» рассказывает о мире Иных, существующих параллельно привычному миру людей. Иные делятся на Светлых и Темных, и к последним как раз и принадлежат вампиры. Герои Лукьяненко строго следуют специальному закону: за столетия они научились обходиться донорской кровью, а для убийства человека ради утоления жажды им необходимо получить лицензию.

"Ночной дозор", 2004

В это же время экзистенциальный меланхоличный скандинавский кинематограф раскрывает вампиров совершенно иначе. В 2006 вышел первый шведский фильм о вампирах – комедия «30 дней до рассвета». Главный герой фильма – вампир Герхард Беккерт, как и «Носферату», страдает от одиночества. Беккерт, врач по профессии, проводит дни и ночи в добровольном заточении в уединенном «замке», которым ему служит госпиталь. Вампиры-подростки показаны жестокими и агрессивными, словно унаследовавшими все карикатурные черты банды жаждущих крови байкеров из «Пропащих ребят» Джоэля Шумахера.

Спустя два года Томас Альфредсон экранизировал остросюжетный роман Юна Айвиде Линдквиста «Впусти меня», в названии которого отражен один из неотъемлемых пассажей вампирского образа жизни: вампир не может переступить порог дома без приглашения хозяина. Фильм получил мировое признание и множество наград, а сцена с кровоточащими ранами главной героини, вошедшей без приглашения, надолго взбудоражила даже профессиональных зрителей – критик The Guardian придумал для нее специальный термин «гемофилия отказа». И эта картина не избежала сравнения с «Носферату» в первую очередь из-за пронзительно раскрытой темы одиночества. В 2010 году вышел американский одноименный ремейк «Впусти меня. Сага», утративший категоричность и физиологичность шведской экранизации, ставший глянцевым, но сохранивший скандинавскую холодность и отчужденность. Интересно заметить, что «король ужаса» Стивен Кинг назвал американскую версию лучшим фильмом 2012 года. Скандинавские фильмы, следующие традициям классического вампирского кино, наконец, вернули вампирам забытое кинематографом качество – их снова начали по-настоящему бояться.

Слева направо: "Впусти меня", 2008; "Впусти меня. Сага", 2010

Для противоречивого азиатского кинематографа всегда характерными особенностями были изощренная натуралистическая жестокость и в то же время поэтичность. И именно этими двумя понятиями можно емко охарактеризовать вампирский фильм корейца Пак Чхан Ука «Жажда». Режиссер, казалось бы, соединяет противоположности: главный герой – католический священник в ходе медицинского эксперимента становится вампиром. Для того чтобы утолить свою жажду крови, герой находит людей, собирающихся покончить жизнь самоубийством, и лишает их жизни (эта тема будет позже продолжена и значительно развита в японской драме Сюндзи Иваи «Вампир»). Новообращенный вампир пытается подавить в себе темные начала, сдерживать новые инстинкты, но появившаяся в его жизни любовь толкает его на все более и более жестокие преступления. Хоть жутко и натуралистично изображенные, громко чавкающие кровью, вампиры «Жажды» вовсе не страшные – они подвержены тем же порокам и страстям, что и обычные люди. Фильм Пак Чхан Ука в большей степени о человеческих пороках, о грехе и искуплении. В основу сюжета положен роман Эмиля Золя «Тереза Ракен» – трагическая история девушки, которая вместе с возлюбленным жестоко расправляется с нелюбимым мужем. Фильм получил Приз жюри на 62-м Каннском фестивале, запомнившемся обилием жестокости и насилия в фильмах конкурсной программы.

"Жажда", 2009

С появлением культовой саги Стефани Майер «Сумерки» все прежние представления о вампирах, казалось, канули в лету. Экранизация первой книги вышла на экраны в 2008 году, и с тех пор образ вампира в представлении миллионов зрителей стал неразрывно связан со сверхъестественной красотой вкупе с самыми лучшими человеческими качествами. Герои саги не боятся чеснока, отражаются в зеркале, а дневной свет и вовсе их преображает, но это все не важно. Вампиры Стефани Майер и благородны, и умны, и талантливы, и добросердечны, но очаровали юных зрительниц по всему миру в первую очередь своей романтичностью – они способны полюбить лишь раз в жизни – и их любовь никогда не угаснет, не ослабеет и будет длиться вечно. Центр повествования – история любви вампира Эдварда и обычной девушки Беллы наполнена аллюзиями на всеми любимых «Золушку», и «Ромео и Джульетту», и «Грозовой перевал».

"Сумерки. Сага. Затмение", 2010

За почти тысячелетнюю историю вампирского кино образ его главного героя изменился до неузнаваемости: из ночного кошмара вампир превратился в прекрасного принца, но кто знает, что ждет зрителей дальше.

Анастасия Петухова